НОВЕЛЛА О ЛОШАДИ

 Велика роль лошади в прогрессе человеческого общества, в его истории: она работник в поле наравне с крестьянами, пастух и пища у кочевых народов, воин в сражениях и в охране рубежей, помощник в перемещении тяжестей, источник энергии для многочисленных видов работ (вращение жерновов, подъем воды, молотьба на токах и пр. и пр.), транспортное средство, источник плодородия пашни. Перечень можно продолжить медицинскими, спортивными, развлекательными (например, цирковыми), эстетическими сторонами того значения, что имеет это животное, где лошадь бывает незаменима. Лошадь чистоплотна, умна и дружелюбна, что делает общение человека с ней радостным.

О пищевой (мясо, молоко) и сырьевой (кожа, волос, копыта, кости) пользе лошади важно помнить, да и неудобно их исчислять, так как жизнь этого животного несопоставима по ценности с тем, что используется от него как от мясного скота. Понимание этого и совестливость крестьянина перед животным, которое было почти равноправным членом семьи и ее становой опорою и надеждою, не позволяло крестьянину забивать коня для питания, да и дорого стоило выходить помощника до 3-4-летнего возраста, когда на нем начинали с бережливостью трудиться.

О конях заботились тщательно, их холили, мыли, берегли от опоя и простуды, называли ласкательно «серками», «гнедками», «рыжками». Для коня готовилось сено мелкотравное, зеленое, без попрелостей. На корм коню шли полова, зерновые отходы, а то и чистое хлебное зерно, специально для коня сеяли овес. Лошади — герои народного эпоса, сказок. Внимательное  и любовное отношение русского человека к лошади отражено в языке, в детализированных названиях мастей лошади. Этих наименований память моя припасла не менее девятнадцати (сравните с коровьими: «Буренка», «Белянка», «Красуля», «Пеструха», «Чернуха». Вот и все, пожалуй). С помощью словаря определил точное значение каждого наименования, после чего интересовался, сколько наименований мастей знают лица, имеющие дело с лошадьми. Поскольку мало кто обнаружил достаточную осведомленность в предмете разговора, позволило мне предложить читателю данный перечень для удовлетворения любознательности и познания растерянного языкового продукта.

Итак — рыжий, серый, белый, вороной (черный), пегий (пестрый) — привычные, не требующие дополнительных пояснений. Но далее придется напрячь воображение: бурый — серовато-коричневый; черный  с красноватым отливом. Сивый  — серовато-сизый; гнедой — красновато-рыжий с черным хвостом и гривой; мухортый — гнедой с желтоватыми подпалинами; саврасый — светло-гнедой с черными гривой и хвостом; караковый — темно-гнедой с подпалинами; карий — темно-коричневый; каурый — светло-каштановый, рыжеватый; соловый — желтоватый, со светлым хвостом и светлой гривой; буланый — светло-желтый, с черным хвостом и гривой; мыщастый — серый, цвета мыши; чалый — с вкрапленными белыми волосами в шерсти основной окраски, а также светлый с черной гривой и хвостом и наоборот; чубарый — с темными пятнами по светлой шерсти или вообще с пятнами другого цвета шерсти.

Иду по полю за маленькой речушкой. Конь усердно стрижет сочный корм и не замечает меня, не интересуется человеком. Миновав равное мне и даже превосходящее по достоинству существо, сугубо занятое, оглядываюсь. Конь, высоко подняв голову, с любопытством в горящем взоре провожает меня. Ах, притворщик! Ах, умница! И я, сняв кепку, приветствую его товарищески:

Будь здоров, серко! Приятного аппетита!